Когда нет полетов 

Вылезаем из машины. Понимаем, что зря ехали: на аэродроме плотный туман, воздух такой влажный, что оседает на лице. Я закутываюсь в шарф, застегиваю куртку и плетусь в сторону стоянки. Никого еще нет. Тишина. Только лает вдали собака. Что ж… тогда прогуляюсь! 

L6NuwBZwnHw.jpg

Медленно иду в сторону леса вдоль полосы. Слева от меня стоят зачехленные самолеты, слегка помахивают мне красными флажками «remove before flight». Справа – заветные 600 метров черного асфальта – дорога в небо. Ноги цепляются за высохшую траву… Пахнет сыростью и осенними листьями. Останавливаюсь в торце полосы, оглядываюсь – другого торца вообще не видать! Кажется, полетов сегодня не будет… Смотрю на три ровные канавки в грунте перед полосой – явно кто-то до полосы сел smile:) Я улыбаюсь, вспоминая, как у меня был такой случай, когда Андрей перед посадкой убрал руки и грустно мне сказал: «Низко! Разобьешься, Поля!» После чего последовал конкретный бабац колесами прямо перед торцом smile:) Я прохожу по канавкам, пинаю подальше камни, которые тут валяются – чтоб не проткнули колеса или не отскочили при посадке и не ударили по самолету.

Какая широкая полоса, когда по ней пешком ходишь! Из самолета эти 20 метров представляются совсем другими! А из-за тумана кажется, что ей конца и края нет. Как же в тебя сложно попадать, дорогая, когда вон оттуда в тебя целишься! У меня и сейчас не всегда получается, особенно, с боковым ветром. И как стучит сердце в такие минуты! А сейчас здесь так тихо и спокойно. Может, это и неплохо, что сегодня не будем летать. Может, иногда стоит послушать тишину?

За торцом растут какие-то странные желтые цветы. Надо же – сейчас октябрь, а они такие яркие, будто им нравится эта зябкость и холод! Я трогаю их руками, они влажные и прохладные. Ничем не пахнут. Обычно цветы очень сильно пахнут, когда умирают. А эти сияют своей летней желтизной, как будто забыли, что скоро настанут холода…

«Полина, привет!» - кричат мне со стоянки. Я машу в ответ рукой. Наверное, надо пойти погреться и чаю попить, а то простыну. Иду обратно, любуюсь туманом. Вот там должен быть лес, там кусты, а там в поле должна быть деревенька. Но все исчезло, как будто и не было ничего! Забавная штука – туман! Он делает необычными совершенно обычные вещи! И меняет краски – делает мир блекло-акварельным, крадет тени у предметов, сглаживает очертания. Волшебник!

А вот и кафе. Никого нет. Кидаю сумку в угол, здороваюсь с продавщицей, беру себе чай с лимоном. Лимон не помещается в стакан, сгибается пополам и не пролезает smile:) И сахару насыпано полстакана, я сахар не люблю, а тут пью почему-то с ним. Нравится smile:)

Достаю из сумки шоколадку и шахматы, не спеша расставляю фигуры. И, как по заказу, появляется мой соперник, он же инструктор, Олег. Он молча садится за стол, снимает две пешки, прячет за спиной. Опять я белыми играю! Все равно продую smile:) У него выиграть невозможно. Я погружаюсь в другой мир. Периодически мы с Олегом таскаем по кусочку шоколадки для подкрепления боевого духа smile:) Едва замечаю тех, кто входит в кафе. Небрежно здороваюсь, мне сейчас важно хотя бы дольше продержаться! Периодически кто-то садится рядом, смотрит на кровавую баталию, хлопает меня по плечу: «Мда… Полина, не сдавайся!» smile:) Заходит Андрей, смотрит на происходящее: «Ешь шоколадку, Поля!» - «Да я уже… не помогает!» Добрая улыбка сквозь усы на лице Андрея smile:) Ни у кого больше такой нету! В ней и доброта, и удивление, и хитринка, и что-то очень теплое и отеческое…

Я продуваю. Эх… Еще пара ходов. Мат. А потом еще раз. И еще. И еще. Ладно хоть соперник достойный, ему не так стыдно проигрывать smile:)

К черту клетчатое поле и баталии! Хочу мира smile:) Пойду-ка я еще прогуляюсь!

Серый воздух, тишина, гул дороги где-то далеко. А самолеты на стоянке как будто прислушиваются к этой тишине и далекому гулу. Я подхожу к Пайперу, глажу его по передней кромке крыла, легко касаясь пальцами. Ощущаю ее шершавость, неровности краски, холод металла... Сегодня ты отдыхаешь, и я отдыхаю. Стой так тихо и жди меня до следующего раза. Ты же дождешься, да? А потом поднимешь меня на 700 футов над землей и покажешь цветное кино о красоте мира: о сером утре и прохладном ветре с запада, о мягком солнечном свете через облака и об умирающих осенних листьях… Ты прожужжишь своим двигателем о любви к небу, когда я выведу его на взлетный режим. Ведь я-то знаю, что ты тоже хочешь туда – наверх, где все по-другому, и где ты честен перед самим собой.